Alexei Kozlov’s Panpsychism in the Context of Contemporary Analytic Philosophy of Mind
Otechestvennaya Filosofiya April 11, 2025 DOI: 10.21146/2949-3102-2024-2-4-62-83 (opens in new tab)
Study at a glance
AI-extracted from the abstract| Characteristics | Theoretical or philosophical paper Peer reviewed |
|---|---|
| Topics | Philosophy of mind |
| Key points | Argues that many tenets of Kozlov's panpsychism are close to contemporary naturalistic panpsychism and that classical approaches can productively interact with modern forms despite differences in the Russian tradition. |
Abstract
Данная работа призвана дать ответ на вопрос: может ли быть найдена какая-то связь меж ду классическим панпсихизмом Алексея Александровича Козлова и современным панпси хизмом в аналитической философии сознания? Рассматриваются основные особенности панпсихизма Козлова и трудности, возникающие на пути современной интерпретации его учения. На протяжении работы автор демонстрирует варианты интерпретации, которые помогают обойти эти трудности. Несмотря на специфическое понимание панпсихизма в отечественной традиции, внешне существенно отличающееся от современного, это понимание не препятствует классическим подходам продуктивно взаимодействовать с их современными формами, хотя делает эту задачу значительно сложнее. Показано, что многие положения панпсихизма Козлова достаточно близки к современному натуралистическому панпсихизму. Выделены наиболее интересные для современного контекста положения панпсихистской концепции отечественного мыслителя. Во-первых, ярко выраженная ориентация на теорию познания. Во-вторых, различение акта и содержания сознания в вопросе их достоверности, а также различение достоверности сознания в целом и выделяемых из него абстракций. В-третьих, нейтральный статус сознания как посредника между реальностью и её репрезентацией. В-четвёртых, различение миров метафизического и физического, т.е. подлинных и кажущихся отношений субстанций. В-пятых, идея особого соотношения Бога, реальности и нашей собственной субстанции, которая представляет Бога в качестве непосредственно сознаваемого посредника, связывающего нас с подлинным миром.